Дерево жизни 2.0

26 апреля 2019 г.

Современные деревянные материалы не создают ограничений в архитектурной стилистике загородных домов.

Однако в проектах петербургского загородного домостроения преобладают вариации шале и скандинавского стиля, ставших классикой для частных домов.В частной архитектуре из дерева есть свои тренды. Меняются материалы, из которых строятся дома, эволюционируют вкусы заказчиков, пульсируют творческие идеи архитекторов — российских и зарубежных. И хотя на вопрос, действительно ли современная деревянная архитектура не ограничена ничем, кроме полета мысли архитектора (и законов физики, разумеется), эксперты ответили по-разному, модные тренды отмечаются и в ней. Немногие клиенты выбирают современную, динамичную, яркую архитектуру. Впрочем, лет двадцать назад, по мнению архитекторов, их было еще меньше: один оригинал на сотню. Сегодня таких заказчиков стало значительно больше, и все же большинство предпочитают образцы, проверенные временем. Для петербургского загорода такой проверенной классикой стали осовремененные версии домов в финском (скандинавском) стиле и шале.

Дерево в стиле техно

Петербуржцы традиционно позитивно воспринимают деревянные дома. А в сегменте дорогих домов для всесезонного отдыха деревянные материалы в абсолютном приоритете, отмечает Светлана Невелева, директор по развитию компании «Русь: Новые Территории. В домах для постоянного проживания дерево несколько сдает позиции: здесь часто выбирают камень.

Безусловным и стабильным лидером в строительстве из дерева остается клееный брус. Технология продолжает совершенствоваться. Компания HONKA предложила рынку неосаживаемый брус. Корпорация «Русь» выпускает эксклюзивный высокий брус сечением 250 х 408 мм и 200 × 408 мм (именно из него строятся два новых коттеджных поселка: «Высокий стиль» и «Солнечный орнамент»).

В списке заметных трендов последних лет — отказ от всего лишнего. Уходят в прошлое дома огромной площади. «В загородном доме необходимы технические помещения, кладовка, сауна. Нельзя соотносить «большую городскую квартиру» и «большой дом». В городе квартира 150–180 кв. м рассматривается как очень большая. А загородный дом такой площади считается скромным, просто потому что функционал распределяется по-другому», — поясняет Светлана Невелева.

Все чаще предпочитают одноэтажные дома: заказчики будто опомнились и обнаружили, что с возрастом подниматься по лестницам на второй или третий этаж становится сложнее. Играет роль и возможность выхода на террасу — а там и босиком на траву — не только из кухни и гостиной, но и из спальни. Иногда в доме бывает пять и больше выходов на участок.

Перемены заметны и в функциональных помещениях: при каждой спальне обязателен санузел и гардеробные комнаты, от бильярдных обычно отказываются, зато просят запланировать домашний кинотеатр или спа-зону.

«Как правило, заказчик, приходя в компанию, считает, что готов выбрать проект из ее портфолио. В каталог включают проекты уже построенных домов, в которых были использованы и уже прошли проверку интересные решения, — говорит Алексей Сколдинов, главный архитектор компании HONKA. — Это чужой опыт, которым можно и нужно пользоваться. Однако стоит помнить, что это чужой выбор, и он, возможно, не вполне соответствует пожеланиям нового заказчика, а главное — условиям на его участке. Расположение въезда и рельеф участка, ориентирование по сторонам света и будущие виды из окон задают дополнительные требования. Можно развернуть дом к солнцу или «отзеркалить» планировку. А то и разработать новый проект по мотивам образа, который пришелся по душе заказчику».

Петербургский стиль

На предпочтениях петербургских заказчиков в архитектурной стилистике, по мнению главного архитектора строительной компании «Мера» Сергея Андрианова, сказывается, с одной стороны, близость Финляндии с присущей ей сдержанностью и лаконичностью построек, а с другой — возросший интерес к современной архитектуре. Ну и, конечно, новые, более надежные и доступные материалы и технологии (остекление большой площади, гидроизоляция, большепролетные клееные конструкции и пр.).

Вариации на тему скандинавского стиля стали классикой петербургского загорода благодаря сдержанности, эргономике и технологиям, — соглашается Екатерина Донченко из SKOG Homes Russia.

Светлана Невелева уверена, что петербуржцы гораздо требовательнее к качеству строительства и тщательнее выбирают проект, в отличие от мос­квичей, поскольку не склонны, как они, легко расставаться с деньгами. И поэтому загородные дома под Санкт-Петербургом задают и тон, и моду, и чувство стиля, и отношение к строительству.

Смелые, революционные идеи нечасто появляются и в Москве, и у нас, как отмечает Алексей Сколдинов, хотя под Москвой их больше хотя бы в силу иного объема рынка. Но, например, проекты, выбранные заказчиками, переезжающими вместе со структурами «Газпрома», были весьма консервативны и «абсолютно не революционны».

В начале ХХ века и в России и в Германии строились абсолютно модерновые дома суперсовременной архитектуры, Баухаус например. Они актуальны до сих пор. Но такие решения никогда не были и не станут массовым трендом: не будут все состоятельные люди следовать только модной и современной архитектуре. При выборе облика дома люди чаще отталкиваются традиционных решений, — заключает главный архитектор компании HONKA.

Алексей Сколдинов, главный архитектор компании HONKA

При всей любви и уважении, Санкт-Петербург и Ленобласть — это все-таки пятая часть Москвы в плане денег. Смелые, революционные идеи редко появляются и там, и у нас, но, ввиду меньшего объема рынка, у нас их существенно меньше. Максимум одна-две в год.
В деревянном домостроении появляются новые материалы. HONKA придумала несколько лет назад неосаживаемый брус. Это слоеный материал, который позволяет избежать осадки. Есть такая технология «силки»: огромные панели склеиваются крест-накрест. Неосаживаемый брус — то же самое. Центральные ламели, из которых он склеен, внутри развернуты вертикально. Отсюда отсутствие осадки. В доме с осадкой на брус нельзя было не то что обои наклеить, а даже гипрок прикрепить. Мебель нельзя было повесить, потому что она смещалась. При неосаживаемом брусе это элементарно. Кроме того, все чаще стали использовать LVL-брус, большепролетные балки. Появилась возможность создавать остекление большой площади, потому что в отсутствие осадки широкие пролеты стабильны. Все присущее современной, новой, архитектуре появилось в технологических решениях за последние пять лет.
Дом строят не для инвестиций или траты какой-то суммы. Дом строят ради результата. Если из-за экономии страдает результат, ради которого все затеяли, то, наверное, в этом нет великого смысла. Лучше сэкономить на мебели или каких-то мелочах, но не на том, что переделать, перестроить, поменять будет сложно. Дом строится на долгие годы, и нужно смотреть вперед и закладывать параметры, которые будут актуальны и через десять лет, и через двадцать.

Светлана Невелева, директор по развитию компании «Русь: Новые Территории»:

Светлана Невелева
Директор по развитию

Петербург — город интеллигентов. Мы более сдержанны и консервативны. Мы больше ориентированы на Скандинавию как на близкий образ. В Подмосковье много штампованных решений, и цена ошибки там другая, ведь все равно купят — больше людей и больше денег. Петербуржцы тяжелее расстаются с деньгами, поэтому выбор дома более продуманный. В итоге Санкт-Петербург законодатель мод в загородном домостроении.
Мы сейчас строим три новых коттеджных поселка. Они концептуально разные, но для всех проектов мы выбрали один стеновой материал: высокий клееный брус сечением 200 × 408 мм. Это эксклюзивный продукт, который производит только корпорация «Русь», дома из него иные эстетически, премиальные. К тому же выше показатели энергосбережения, практически в два раза уменьшается количество венцов, следовательно, меньше и мостиков холода.

Хороший загородный дом сегодня — это в среднем 350 кв. м, включая террасы и балконы. Однако, конечно же, в премиум-сегменте есть дома по 500 и даже 800 кв. м. Кроме того, сегодня стремятся строить одноэтажные дома — они комфортнее, хотя экономически менее оправданны. Так пытаются жить на всей планете.
Человек приходит к архитектору со своей мечтой. Он далек от понимания, что именно ему нужно, сколько это стоит, уместно ли это на его участке. Дальше начинается работа. Самое точное попадание — индивидуальный проект. Если говорить о типовых решениях, то здесь идет работа с примерками. Я работаю в загородном девелопменте более 15 лет, и не встречала двух идентичных домов, а популярные проекты, безусловно, были. Переработка типового проекта — как подгонка одежды по фигуре. На основе полюбившегося образа мы создаем другой дом. В духе коллекции, продолжающей модельный ряд.

 

 

Екатерина Донченко, главный архитектор SKOG Homes Russia

Значительная часть деревянных загородных домов под Петербургом построены в классическом финском стиле — с обилием дерева и сдержанным, но стильным оформлением. Такие дома понятны и внушают доверие.
Большую нишу в загородном домостроении заняли дома в стиле шале. Двускатная кровля, широкие кровельные свесы, массивная стоечно-балочная система и панорамные окна не могли не найти отклика у будущих домовладельцев. Одним из востребованных в нашей компании стал проект Tall 320 — ультрасовременное шале из дерева и стекла.
На данный момент мой любимый проект — Lind 212. При проектировании этого дома я решила воспользоваться смешением элементов и форм разных архитектурных стилей. В настоящее время эклектика распространена даже больше, чем в период расцвета. На первый взгляд, проект Lind 212 представляет собой классический дом в американском стиле, с просторной террасой по периметру и многоскатной кровлей, но его отличают массивные видовые клееные элементы и большая площадь панорамного остекления.
Большинство наших заказчиков видели дома SKOG Homes до визита в компанию. У наших проектов не только массивные клееные прогоны кровли сечением 25 × 40 см и широкие угловые доски, но и свесы кровли с выносом до двух метров, финские окна и двери компании Skaala и прочие элементы. Все это делает дом непохожим на остальные. Понравившийся образ берется за основу и перепроектируется по пожеланиям заказчика. Похожие с виду проекты могут быть абсолютно разными внутри: нет двух одинаковых по архитектуре и дизайну домов.

 

 

Сергей Андрианов, главный архитектор строительной компании «Мера»

У каждого строительного материала свои особенности. И любая конструктивная схема имеет сильные и слабые стороны, с которыми приходится сталкиваться в ходе проектирования, строительства и эксплуатации. Современные деревянные материалы активно развиваются последние 10–15 лет, и есть серьезный прогресс, но все же я не готов утверждать, что они не создают ограничений в архитектурной стилистике.
Архитектура частных деревянных домов под Петербургом действительно ближе к традиционным образцам, нежели к современным архитектурным стилям. В большинстве случаев это вариации финских проектов деревянных домов. Мне кажется, это обусловлено соседством с Финляндией. Такие проекты были продуманы функционально и разработаны для нашего климата. Но в последнее время появляется интерес к домам из клееного бруса в современных формах. По-моему, это связано с общим интересом к современной архитектуре, доступностью надежного остекления большой площади, современных гидроизоляционных материалов, безрамного остекления. С развитием современных технологий заказчики перестали бояться возможных сложностей при производстве и эксплуатации деревянных домов в современном стиле.
С заказчиками работают по-разному. Каждый по-своему приходит к идее создания проекта загородного дома. Кто-то уже все четко представляет вплоть до метража кладовых, а кто-то не может определиться даже с материалом и этажностью. Поэтому с одними клиентами уже можно переходить к разработке планировок, а с другими нужно подбирать стилевые аналоги, исходя из предпочтений и расположения участка. Так или иначе, в итоге мы получаем проект, который нравится нам и заказчику. Вопрос, сколько времени потребуется для этого.

Александр Титаренко, директор по развитию АО «Каскад»

В петербургской загородной деревянной архитектуре, несомненно, больше традиций, чем авангардных решений. И не из-за отсутствия предложения на рынке дизайна загородного жилья. В портфолио любого уважающего себя архитектурного бюро, которое проводит мониторинг актуальных тенденций, есть просто космические проекты. Но дело в том, что ультрасовременная одежка не греет душу русскому заказчику. Дело в традициях. Люди предпочитают классическое шале, русский терем или избу потому, что в них хорошо, спокойно, стабильно, как у предков. Но зачастую в таких решениях классическая только одежда, а вот начинка может быть инновационная, как в техническом плане, так и в эстетическом.
Что касается воплощения проектов в жизнь, то, судя по опыту «Ораваниеми», существует два типа будущего хозяина загородного поместья. Первый тип — «архитектор», человек, с собственным детальным пониманием того, каким должен быть его дом. Он указывает кому что делать, критически относится к готовым решениям. Как правило, такой заказчик начинает с эскизов и курирует свой проект, вникая во все детали. Второй тип — это «человек-запрос», который говорит: «Удивите меня!» Его меньше волнует цена вопроса, ему нужно готовое комплексное предложение, и, если оно не устраивает, переходит к следующему. В практике нашего коттеджного поселка клиентов первого типа больше, поэтому, кроме готовых коттеджей, мы стали предлагать участки под застройку, но в формате «Ораваниеми» это деревянный дом, вписанный в природный ландшафт.

 

 

 

Загородное обозрение

Автор: Наталья Иванова

Статья из журнала "Загородное обозрение" №5 Май 2019